04 октября 2012
Просмотров: 1000, комментариев: 0

«Больному надо верить…»

Есть в Гайнской ЦРБ такой врач, он невролог с 36-летним стажем, у которого кто не бывал на приёме сам, так обращался за помощью для близкого человека обязательно. Это Вячеслав Васильевич Чёкотов. Он знает истории (и не только болезни!) многих жителей района.

  Вячеслав Васильевич, сколько лет вы в профессии? Есть ли медики в роду?

– В 1976 году я начал работу врачом-интерном неврологом в  г. Кудымкаре, в неврологическом отделении Коми-Пермяцкой окружной больницы. После интернатуры, с 1977 года я работаю в Гайнской райбольнице. Медиков в роду нет.

Как попали в Гайнский район?

– Это чисто романтическая история. Родом я из Костромской области. Кто хотел учиться на врача, ехали в Ярославль, преодолев 400 километров. После окончания школы в 1970 году, я приехал в Пермь, получилось немного дальше – 700 километров. Вернее, мы поехали с одноклассником, он вообще в Свердловск решил поступать, но не смог поступить. А я поступил в Пермский государственный медицинский институт и, можно сказать, успешно его закончил. Именно в институте я встретил свою любовь – Надю Мещангину, семья которой жила в Гайнах, и до 1976 года я добивался её руки, тому есть свидетели. В 1976 году её сердце растаяло, и мы заключили брак. К тому времени мы оба закончили лечебный факультет, а поскольку жена, Надежда Степановна, училась по направлению от Коми округа, то должна была отработать 3 года.

Как тогда были рады в орготделе – посылали одну, а приехали двое. Я и стал-то неврологом, потому что в Гайнах были нужны специалисты фтизиатр, невролог и инфекционист. Я выбрал неврологию и по сей день лечу неврологических больных.

В чём разница между невропатологом и неврологом?

– Невропатолог – это была врачебная должность, потом её переименовали, стал врач невролог. Хотя предназначение то же – лечение заболеваний нервной системы. Например, различные травмы, воспаления, опухоли нервной системы, невриты, полиневриты и т.д. То есть все заболевания нервной системы, не требующие хирургического вмешательства.

С чем в основном обращаются наши люди?

– С какими заболеваниями вы хотите сказать? Хочу сразу отметить, что сейчас многие путают невролога с психиатром, но первый лечит тело, а второй – душу. Разница есть, хотя профессии в чём-то смежные. Психиатр у нас в больнице работает сравнительно недавно, раньше всех направляли ко мне.

Я могу привести небольшую статистику за прошлый год: 54 процента от количества всех обратившихся – это остеохондрозы, очень большой процент сосудистых заболеваний (это, скажем, инсульты) – 21 процент, примерно каждый пятый человек. Заболевания периферической нервной системы (невриты, полиневриты) – 15 процентов. В  целом было принято более 4700 пациентов плюс медосмотры. К слову сказать, план по страховой медицине был выполнен в полном объёме.

Сосудистые заболевания, как правило, отмечены у пожилых, возраст ближе к 50 годам и старше. Остеохондроз «помолодел», встречается и у молодого поколения. Причина – перегрузки позвоночника. Кстати, в сидячем положении нагрузка на позвоночник на 30 процентов больше, чем стоя.

Какие наши больные: терпеливые или равнодушные к своему здоровью?

– Больные как больные. Замечу, что сейчас нет слова больной, есть пациент. Есть и терпеливые, есть и равнодушные.  Один боится (особенно мужчины) и его привозят, другой сам лечится дома и ждёт, пока станет лучше с тем же результатом.

– Как вы определяете, что человеку действительно больно, или это результат психосоматического состояния?

– Психосоматическое состояние – это результат воздействия стресса. И это значит, что человек тоже болен и нуждается в лечении. Есть специальные приёмы для определения силы боли. Хотя мой учитель говорил: «Вячеслав Васильевич, надо верить больному». Если человек пришёл в больницу, то в любом случае, я считаю, от нездоровья.

Вы ещё ведёте стационар?

– Стационар я уже не веду – отделение закрыто, я только консультирую. Сейчас неврологические больные лечатся в условиях терапевтического отделения. За 2011 год я проконсультировал 137 пациентов. Когда я приехал в район, тогда было 8 коек в составе терапевтического отделения, при мне было открыто неврологическое отделение, теперь его закрыли.

– Помните ли своего первого пациента?

– Да, как будто это было вчера. Это была бабушка в возрасте около 80 лет. Тогда я только пришёл работать интерном. Мне дали молоток и папку с историями больных. Это был первый день. Эта бабушка почти ничего не видела, глухая, она не могла сидеть – лежала после инсульта. Не двигала рукой и ногой, с речевыми нарушениями – была парализованная. Я не знал, что с ней делать, а в это время за мной, молодым врачом, и моими действиями с других коек наблюдали и оценивали ещё 5-6 бабулек. До сих пор помню чувство волнения, смущения, но я осмотрел её, смерил пульс, давление…

– А что потом с нею стало, ей восстановили здоровье?

– Нет. Обширные поражения. Её потом родственники забрали. Она была глубоким инвалидом 1 группы, нуждающимся в постоянном уходе.

– А кто в медицине был и остаётся для вас примером? Есть ли такой человек, которому вы благодарны за науку, хотели бы быть на него похожим?

– Это был мой учитель, невролог, заведующий неврологическим отделением Коми-Пермяцкой окружной больницы Геннадий Константинович Чертков. Его уже нет сейчас. Вот говорят: «Хороший земский врач…». Это про него. Он уважал больных, и они его уважали. Естественно у него были глубокие знания в неврологии. И это ему принадлежит «коронная» фраза: «Больному надо верить».

– О чём сожалеете?

– Да, я сожалею. Сожалею о том, что мы перешли на страховую медицину. У нас разрушена социалистическая система здравоохранения. Тогда мы лечили больного, а сейчас мы лечим болезни – по стандартам. Лечить по стандартам, значит, по утверждённому расписанию: сколько, как  и чем лечить больного. Если будет отступление от стандарта, то на больницу наложат штраф. Если раньше мы лечили больных, то сейчас мы оказываем медицинские услуги. Расстраивает, что отношение к врачу изменилось сильно, уважения стало меньше. Стираются грани, этические нормы. Даже по телевизору смакуются случаи оступившихся врачей. Из-за одного, двух таких ложится пятно на всё медицинское сообщество.

Сожалею, что идут эксперименты в медицине, пилотные проекты, без конца разные варианты оплаты труда, введения стандартов и т.д. Сожалею, что сокращаются койки в стационаре, закрываются больницы.

– А что доставляет радость?

– Прогресс. За последние годы в нашей больнице значительно выросли возможности диагностики. Раньше была лаборатория и рентген-кабинет. Теперь есть УЗИ, фиброгастроскопия, дополнительное платное исследование крови проводит лаборатория «Ситилаб», появился мониторинг ЭКГ, есть реанимация. В Перми теперь есть различные медицинские центры. Это доступно.

Взять то же лечение остеохондроза, если в первые годы моей работы было прооперировано 3 больных, то теперь 4-5 в год и, как правило, с положительными результатами. Раньше отправляли в Москву с опухолями мозга, сейчас такие операции делают в Перми.

– Должны ли люди заниматься самолечением? Народными методами (например, как то, что на больное колено – компрессик с настоечкой керосина с перчиком)? А медикаментозно?

– Самолечением в цивилизованном обществе не должны заниматься. Если говорить о народной медицине, это другой вопрос. Когда я начинал работать народная медицина не принималась во внимание. Раньше и литературы такой не было. А теперь – пожалуйста! Всего хватает. Я всегда говорю, что лечиться нужно тем, что помогает, но надо советоваться с врачом. То же самое могу сказать и про медикаменты. Если кто занимается самолечением, то не надо увлекаться, если не помогает, идите в больницу.

– Говорят, слово лечит. Это правда, на ваш взгляд?

– Да. Правда. Здоровому человеку от грубости тяжело становится, а каково человеку заболевшему? Врач должен соответствовать закону трёх У – быть умным, всё уметь, поступать уверенно. А главное – уметь контактировать с пациентами.

– Что помогает от всего?

– Увы, панацеи нет.

  Есть ли у вас увлечения?

– Увлечений много, но самые главные – это рыбалка и лес. Поэтому, наверное, и остался в Гайнах. Рыбачить люблю с раннего детства. Люблю в лес ходить по грибы и ягоды, пройтись с ружьём и просто подышать свежим воздухом.

 Что делаете в минуты, когда видеть больных просто не хочется?

  Чувства не видеть больных не испытывал. Есть в медицине понятие «синдром сгорания». Он напрямую относится к нам: светя другим, сгораешь сам. От 30 до 90 процентов врачей болеют синдромом сгорания, вследствие воздействия стресса. Приём, отделения, ночные дежурства, вызовы, а ещё дома – семья, хозяйство и т.д.  Настоящий врач, хороший врач, он уставший, но всегда врачующий. Я давал клятву Гиппократа на первом курсе, ещё не будучи врачом, честно исполнять свой долг – ей и следую.

Я добавлю, что врач должен быть альтруистом, т.е. человеком заботящемся бескорыстно, работающем ради человека. У нас многие ведут приём, буквально, валясь с ног от усталости, но всегда готовы прийти на помощь.

– К вам обращаются молодые специалисты за помощью? Какие советы даёте начинающим?

– За 35 лет работы здесь много молодых специалистов влилось в коллектив ЦРБ и медучреждений района. Это врачи и фельдшеры. Конечно, поначалу часто консультируются по телефону, часто приходится по их вызову консультировать тяжёлых больных на дому. Но постепенно они приобретают опыт и знания и многие из них сейчас опытные и высококвалифицированные специалисты.

Беседовала Т. БАЗУЕВА.

 

За добросовестный  и многолетний труд Вячеслав Васильевич награждён множеством грамот и благодарностей, в том числе Грамотой Министерства здравоохранения РФ.

 

Комментарии

Есть интересная новость?

Присылайте на эл. адрес

Gainy_nv@mail.ru

Архив новостей

понвтрсрдчетпятсубвск
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031   
       
Архив номеров в PDF

Реклама

Каталог организаций