24 ноября 2014
Просмотров: 9388, комментариев: 0

«И в юбилей надо говорить о деле»

 

– В юбилей обычно звучит так много славословий, все расхваливают друг друга… Мне это не по нраву. В юбилей, по-моему, надо говорить о делах и проблемах! – такими словами Кирилл Петрович Макаров начал отвечать на мои вопросы о его биографии и о истории Гайнского леспромхоза. Здесь он проработал на руководящих должностях с 1961 по 2006 год – 45 лет! На его долю выпали и самые трудные годы  –  90-е, именно он тогда был директором.  «Он на своём горбу вытащил леспромхоз, не дал ему уйти в небытие, как ушли все другие», – это мнение я слышала не раз и в коллективе ЛПХ, и от представителей властей. А ещё говорят, что на его  примере учились решать экономические, производственные и хозяйственные вопросы молодые кадры. За это ему  благодарны М.В. Осокин – бывший начальник Сергеевского лесопункта, а также мастера В.Е. Исаев, В.Н. Климов, М.М. Ладыгин, В.Н. Андров. Все они говорят, что Кирилл Петрович не боялся трудностей, всегда шёл туда, где трудно, для устранения этих трудностей.

За многолетний труд на благо Гайнского района К.П. Макарову присвоено звание Почётный гражданин района.

У Кирилла Петровича отличная память. Мы о многом говорили с ним, всё написать – в газете места не хватит. Приведу здесь лишь некоторые фрагменты из его воспоминаний.

«В начале 60-х годов я работал техноруком Онылского лесопункта. Было там тогда 19 тракторов (т. е. на заготовке создавалось до 12 бригад), 9 автолесовозов… Техники хватало. А вот с содержанием  дорог были проблемы: имелся 1 бульдозер – слабый, старый. Расчистку дорог не обеспечивал, они заросли льдом, снегом. План не выполнялся. Начальник лесопункта ушёл в отпуск, остался я один… Что делать? Возвращался как-то вечером с делянки домой. Вижу: идёт бульдозер, за ним – ДТ-75. И тут мне пришла идея, которую сразу взялся осуществлять. ДТ-75 поставили вперёд, рабочий трос заложили в прицепное устройство через отвал за клык бульдозера. ДТ-75 шёл на третьей скорости, а бульдозер – на второй. Содрали лёд полностью, огромные глыбы отваливались, только искры из-под ножа летели! На следующий день вывозка пошла, вывезли за сутки  750-800 кубометров, а не 250, как было».

«ИТР для того и нужны на производстве, чтобы создавать для рабочих нормальные условия труда и внедрять то, что облегчает их труд. За это я уважал Л.А. Шелепова, умный был специалист (правда, характер сложноватый). Когда он был главным инженером, решили мы повернуть вывозку лиственной древесины Сергеевского ЛП на Каму. Это позволяло значительно облегчить работу лесопункта. В то время он в основном заготовлял лиственную древесину (берёзу, осину) – до 40  тыс. куб. м.  А её после разделки на сортименты надо было пролысить и уложить для просушки в рядовые штабеля, сроком на 4 летние месяца. Перед пуском в молевой сплав лиственную древесину нужно было обмазать с двух торцов горячим нефтебитумом. И так все эти десятки тысяч кубометров. Адская работа!

Надо было переходить на вывозку хлыстами. А для этого – провести огромную подготовительную работу. Прежде всего – найти место на Каме и «раскопать» плотбище (помню, очень хорошо тут поработал бульдозерист Николай Семериков). Очень хорошо в нашем начинании поддержали нас районные власти, в частности, председатель райисполкома Н.К. Солодянкин, сам в прошлом директор леспромхоза. Немедленно разрешил использование выбранного под плотбище участка земли. Так появилось плотбище Харинские пески, куда мы укладывали до 60 тыс. куб. м  хлыстовой древесины.

Ещё, чтобы повернуть вывозку лиственной  древесины из Сергеевского на Каму, потребовалось соединить Харинскую автодорогу с 11-й веткой Сергеевского ЛП – построить более 10 км дороги.

Огромная, сложная была работа. Но в результате её Сергеевский лесопункт получил большие перспективы для дальнейшего развития».

«С 1977 по 1987 год генеральным директором ПО «Гайнылес» работал Г.Е. Егоров. Солидный, умный человек. Он умел убеждать, к его мнению прислушивались власти. В то время  было построено 3-этажное здание управления. После реорганизации «Гайнылес» он отверг предложение стать директором леспромхоза и уехал на родину, в Москву. Геннадия Егоровича до сих пор все с уважением вспоминают».

«А вот тоже приезжий гл. инженер леспромхоза в 1971-73 г.г. Беленис Витольд Сигизмундович не оставил о себе доброй памяти. Он высокомерно заявлял, что местный народ – отсталый, глупый. Ходил по коридору конторы, заложив руки за спину, что-то всё думал - думал...  А эстакаду спроектировал на затопляемом месте, и её  вскоре смыло. А он, купив автомашину (рабочком распределял – кому продать),  уехал в свою Литву».

«Директором Гайнского леспромхоза я был с 1987 по 1995 годы. Это был очень сложный период.

Но именно в эти годы предприятие стало прибыльным.
Много сил было положено на то, чтобы организовать работу по вахтовому методу. При ген. директоре Г.Е. Егорове было разработано 10 вариантов перехода на вахтовый метод. Не выбрали ни одного. Но вот пришло время, когда медлить с решением этого вопроса уже стало невозможно.

Во-первых, стал  добиваться  выделения подходящего леса (с  преобладанием  хвойных пород). Добился,  нам 4 квартала передали  из В-Камского  ЛПХ. 

Одновременно надо было создавать бытовые условия для вахтовиков, решать проблемы с дорогой, с перевозкой техники и рабочих...

Жисперский лесопункт (начальник М.И. Тиунов) в 1988 году первым в леспромхозе начал организовывать вахту. Дали туда 4 трактора ЛП-18 (бесчокерных трелёвочника), 2 валочно-пакетирующие машины ЛП-19.  

В результате в первый же зимний сезон  мы оттуда 60 тыс. куб. м хвойной древесины вытащили. А если бы  вахтовый участок не организовали, вообще бы заготовка прекратилась.

Нормально работали. Планы перевыполнялись, люди  получали награды за труд, предприятие  имело прибыль.

Заметный след в истории Гайнского ЛПХ оставили такие опытные, надёжные организаторы производства как начальники лесопунктов П.П. Белогорлов, В.Т. Грошев, М.И. Тиунов и более молодой М.В. Осокин – умный, стремительный, надёжный».

«Леспромхоз помогал району, например, на строительство  В-Старицкой школы  мы выделяли древесину, на строительство телевышек в Сергеевском, в Гайнах – фермы от сучкорезной машины ЛО-72, на строительство трамплина в Кудымкаре – рельсы Р-18. Леспромхоз построил в 1987 году для своих работников 16-квартирный дом в Гайнах».

«Всегда лучше работается, когда  предприятие самостоятельное. Принимаешь обдуманное, просчитанное решение, ставишь цель – и идёшь к ней. Надо было уметь противостоять нерациональным указаниям «сверху». Так, в 1988 году нам поступило указание строить железобетонную дорогу с 19 км Харинской автодороги на Чуртан.  А там леса нет! Я отказался, отправил в «Комипермлес» телеграмму: строить не будем! Госкапвложений уже не было.  А нам зачем эти затраты: 1 км 100 тыс. рублей стоил, 3 км проложишь – и леспрохоз без  зарплаты останется. Между тем, эти железобетонные плиты уже в Гайны баржами по Каме завезли, выгрузили, весь берег ими был завален. Однако я стоял на своём. И эти плиты потом Савченко Б.С. увёз куда-то в Пермь».

«Время, когда я работал в Гайнском леспромхозе, я бы разделил на 4 периода.
Первый – 1961-1970 годы, когда леспромхоз работал на хвойной древесине, когда больших проблем не было. И техникой были обеспечены, и складировать было куда.

Второй – 1970-1976 годы (директором работал Ю.И. Пономарёв), когда Сергеевскому лесопункту негде было работать, пришлось решать сложный вопрос с передачей ему 16 кварталов леса  из сырьевой базы от Логиновской УЖД от Сёйвинского ЛПХ. Поэтому удалось сохранить Сергеевский лесопункт. До этого они лиственную древесину кряжевали и отправляли молевым сплавом по Лологу. Позднее, как я уже говорил, мы решили проблему  с вывозкой хлыстами  на Каму. А потом – и эту, с расширением лесосырьевой базы.

Третий – 1977-1986 годы, когда было создано ПО «Гайнылес» и возглавил его Г.Е. Егоров, а гл. инженером работал Н. Ф. Чащин. В период работы производственного объединения возник вопрос отсортировки тонкомерной древесины елово-пихтовых пород для бумажного комбината, а крупномерной берёзы – для фанерного комбината. Это усложняло заготовку древесины непосредственно в лесу. Остальную древесину можно было отправлять товарными хлыстами без ограничения.

Четвёртый – 1987-1995 годы, когда я работал директором, когда внедряли вахтовый метод, осваивали новую технику.

1992 год помнится как очень тяжёлый. Навалилось много проблем, прежде всего экономических. Помню, вахтовики сидели у меня в кабинете и говорили: не выйдем, пока  курево не дашь (кстати, помните, что сигареты тогда на вес продавали, метрами они шли, не разрезанные). Не было продуктов, сахар мне пришлось через «Пермлеспром» добывать, выпросил 2 вагона, завозили на 3 «Уралах», мешками продавали рабочим (и не только своего леспромхоза, но и В-Камского, Пятигорского, Сёйвинского), с вырученными деньгами снова ехали в Соликамск…

В 1993 году я сильно заболел. После нового года сделали операцию. Операция была неудачная. В течение 5 месяцев я не работал. При моём отсутствии в конце января работа по заготовке древесины была приостановлена, т. к. не выдали зарплату. Водители всё-таки на работу ходили, заготовленную древесину вывозили. Вышел на работу в конце мая. Начал работать с теми предприятиями, которые получали нашу продукцию. Но поступало средств очень мало, запустить заготовку леса до начала зимнего сезона не сумели. С наступлением зимнего сезона в леспромхозе приступили к работе по всем фазам».

Беседу вела Г. ЛУНЕГОВА.

Комментарии

Есть интересная новость?

Присылайте на эл. адрес

Gainy_nv@mail.ru

Архив новостей

понвтрсрдчетпятсубвск
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728    
       
Архив номеров в PDF

Реклама

Каталог организаций